‘события в жизни Суворова’

«Пришел и победил…»

Из современников Александра Суворова наиболее точно и емко оценил его значимость гессенский надворный советник Вердье. В январе 1795 года он писал: «Русские только одни могут переменить нашу в немецкой земле войну. Суворова с 30 тысячами довольно; без него 60000 мало… Фабий побеждал, удаляясь от сражения, а Суворов побеждает, наступая на неприятеля. Если бы наши немецкие войска имели начальником своим пол-Суворова, французы не прогнали бы их до Майнца… Суворовские курьеры всегда привозят известия о победах, а курьеры императорские спрашивают о позволении побеждать…»

В годы завоеваний прусского короля Фридриха Великого Александр Васильевич только начинал свой триумфальный путь. И хотя Семилетняя война, названная Уинстоном Черчиллем «Первой мировой» (в нее были втянуты не только европейские государства; боевые действия велись в Азии, Океании и на обоих американских континентах), кардинально не поменяла политическую карту мира, Пруссия из малозначительного в Старом Свете королевства превратилась в одного из главных игроков на мировой арене, положив начало объединению германских земель и существенно повлияв на дальнейший исторический ход событий.

Русские вполне могли «дать укорот» и Пруссии, и ее вождю. Разгром при Кунерсдорфе, взятие Берлина, овладение Кольбергом, а также другие победы русских армий над пруссаками наглядно показали, кто потенциально обладал главной военно-политической силен в Европе в то время.

Однако «кадровая чехарда» на троне Российской империи (Елизавета - Петр III - Екатерина II), с меняющимися симпатиями и антипатиями по отношению к Фридриху II, привела к тому, что заключение мирных договоров, подведших итоги Семилетней войны, прошло без участия государства Российского.

Тем не менее, в Восточной Европе Россия утвердила свое бесспорное господство. Ее территория была пополнена бывшими польскими и турецкими владениями (или «протекторатами»). В Крыму, на месте Ахтиара, где Суворов остановил турецкое десантирование, впоследствии вырос Севастополь, которому наши соотечественники давно подобрали второе знакомое всем название - город русской славы. Османская империя перестала бы владычицей Черного моря. Зарождался русский флот, вскоре прославивший знаменитыми победами, связанными снем морского «собрата» Суворова, непобедимого Федора Федоровича Ушакова.

Речь Посполитая с ее агрессивным католическим прозелитизмом и невыносимым угнетением «быдла» (именно польская шляхта ввела это слово в обиход) прекратила существование, вручив Суворову ключи от Варшавы. Сама же Варшава после трагической участи предместья Праги - стараниями русского полководца была фактически спасена от кровавых столкновений. Принимая ключи от польской столицы, Александр Васильевич поцеловал их и поднял над головой, обратившись к Богу: «Благодарю Тебя, Всемогущий, что я не должен был купить эти ключи так дорого, как…» И тут же перевел увлажненный взор на сожженную Прагу. Варшавян поведение великодушного покорителя изумило и растрогало. Простые поляки падали перед ним на колени. «Миролюбивые фельдмаршалы, говорил Суворов, при начале польской кампании провели все время в заготовлении магазинов. Их план был сражаться три года с возмутившимся народом. Какое кровопролитие! И кто мог поручиться за будущее! Я пришел и победил. Одним ударом приобрел я мир и положил конец кровопролитию».